August 1st, 2021

Денис Проценко рассказал о «длинном ковиде» и об отношении к «антиваксерам»

Главврач больницы № 40 в Коммунарке Денис Проценко в интервью РБК поделился мнением об ограничительных мерах в Москве, объяснил, зачем идет в Госдуму, назвал признаки «длинного COVID» и сказал, что думает об антипрививочниках.



О локдауне и других ограничениях

— Раньше вы положительно высказывались о локдауне как об эффективной мере для приостановки роста заболеваемости. Сейчас в Москве испробованы разные варианты ограничений. Вы теперь на какой позиции находитесь — нужен новый локдаун?

— Да, я действительно высказывался за локдаун, но подчеркну, что это был март 2020-го, прошло полтора года. Пандемия — это динамически развивающаяся история, которая движется разнонаправленно. В марте прошлого года был новый вирус, было полное непонимание, что с ним делать. Был итальянский сценарий, с которым мы стартовали. Тогда не было во всем мире и в России четких и внятных протоколов лечения, не было понимания, когда появятся вакцины. Тогда локдаун был единственной мерой, чтобы уменьшить нагрузку на систему здравоохранения и снизить количество летальных исходов, которые могли бы быть потенциально, если не ввести локдаун.

Но за это время случилась, я бы сказал, революция: в Москве были развернуты дополнительные мощности, появились резервные госпитали, в этих госпиталях появились не только койки, но и современное оборудование: и аппараты ИВЛ, и лабораторная база, инфузионные системы. Но что самое главное — появились вакцины. Конечно, мы в этом году находимся совершенно в других условиях — об актуальности локдауна, во всяком случае на текущий момент, речи не идет. Больше нужно говорить о вакцинации, заниматься разъяснением, убеждением и т. д.

[Spoiler (click to open)]
— Мэрия решила простимулировать вакцинацию введением QR-кодов. Спустя три недели их отменили. С введением QR-кодов и обязанности работодателей вакцинировать 60% сотрудников появились очереди в пункты вакцинации — как в торговых центрах, которые до этого пустовали, так и в поликлиниках. На видео в соцсетях люди без масок, никакой социальной дистанции. Как вы оцениваете организацию вакцинации в этот период?

— QR-код был абсолютно крутым управленческим решением, потому что это позволило столкнуть с мертвой точки программу вакцинации. У нас вакцины появились в широком доступе в конце декабря, а количество вакцинированных было непростительно малым, поэтому QR-код, пусть даже на короткий период, смог стремительно увеличить количество привитых. Я был и в Гостином Дворе, и в других больших центрах вакцинации. То, что в короткий период сделали департамент здравоохранения и соцблок Москвы, мне кажется беспрецедентной историей. Очень важно подчеркнуть, что тут департамент здравоохранения работал в связке с МФЦ, поэтому не знаю, о каких видео вы говорите.

Мы создали внутри нашей больницы центр вакцинации для сотрудников и родственников, понимая, в каких условиях работают доктора, подобное было сделано фактически во всех ковидных госпиталях Москвы. Для столицы были созданы все условия, чтобы быстро и качественно пройти вакцинацию. Например, я всех своих знакомых направлял в Гостиный Двор, где внятная логистика, нет скоплений людей.

— С 20-х чисел QR-коды отменили, и сейчас некоторые говорят: «Раз отменили, тогда вторую прививку я делать не буду или вообще не пойду вакцинироваться». QR-коды своевременно отменили?

— Это непростой вопрос для медика. Потому что Москва состоит не только из госпиталей, COVID и заболевших. Это ведь большая-большая живая система. Общепит ведь тоже целая индустрия, в которой работают люди, такая индустрия имеет свой экономический эффект не только для мегаполиса, но и для конкретных людей. Опять же, QR-код отменили не просто так, а когда получили целевую точку 60%, что особенно важно получить в тех заведениях, где проходит большое количество людей. Я думаю, что этот баланс удалось соблюсти. Но толчок был, и процесс [вакцинации] запущен.

Я не знаю, что в голове у людей, которые говорят: «Вот мы вторую прививку не будем делать». Для меня это нонсенс. Мы каждый день с коллегами делаем обход в красной зоне, у нас до сих пор 263 пациента в отделении реанимации, 90 человек находятся на ИВЛ, проводится ЭКМО. Это для нас не пустые слова.

Пациенты погибают, и ты понимаешь: если бы этот пациент был вакцинирован, то сценарий протекал бы совершенно по-другому.

Я очень рад, что, например, в апреле вакцинировал своих родителей, которые в силу возраста, в силу сопутствующих заболеваний находятся в группе риска. В начале июня они заболели, но мы обошлись без потерь. Прекрасно понимаю, что папа со своим сахарным диабетом, со своей сердечной недостаточностью, если бы не был вакцинирован… Я примерно понимаю, чем бы это закончилось.

— В Москве сейчас ограничена госпитализация для невакцинированных, чтобы внутри больниц не было заражений. При этом обещают принимать медотводы у тех, у кого они есть. Действительно возможно организовать все так, чтобы внутри больниц не допустить заражения?

— Это вынужденная мера. Такие условия действуют при плановой госпитализации, то есть все показания для экстренной госпитализации реализуются вне зависимости от того, вакцинирован пациент или нет. Вторая группа исключений — это пациенты с онкологическими заболеваниями, третья — это медисключения. Но вакцинация не защищает до конца от инфицирования, поэтому есть дополнительный комплекс мер: всем пациентам при поступлении в стационар делается ПЦР-мазок, оперативное лечение возможно только при отрицательном ПЦР-тесте. Мы разграничили зоны и уменьшили плотность палат. Это большая работа, но почему вакцинированный пациент, которому показано плановое лечение, должен попадать в группу риска?

Даже если инфицирование случится, инфекция у прооперированного, но вакцинированного пациента будет протекать совершенно с другими рисками неблагоприятного исхода, нежели у пациента оперированного, но не вакцинированного.

Я, будучи врачом, смотрю на это как на дополнительную заботу и дополнительное обеспечение безопасности пациента в рамках его планового лечения.

О лечении коронавируса

— Как изменились сейчас методы лечения пациентов в среднем и тяжелом состоянии по сравнению с тем, что было даже в начале года? Были большие надежды на ремдесивир. Потом вы неоднократно говорили, что есть федеральные методические рекомендации Минздрава, есть так называемый московский протокол. Лечение как-то различается?

— Принципиальных отличий между федеральным протоколом и московским нет. Московский протокол более компактен. Клинический комитет Москвы пытался сделать максимальный синопсис на основании не только международного опыта, но и обработанного опыта московских ковидных госпиталей. Коммунарка, где 1036 пациентов, имеет базу, которую мы постоянно в научном плане обрабатываем. По сути, конечно, очень многое поменялось. Появились новые опции, в том числе те, которые клинически изучены в Москве. Я говорю про гипериммунную плазму. Это очень мощный инструмент для пациентов со средним течением болезни.

— То есть плазма уже переболевших?

— Или вакцинированных. Это так называемая гипериммунная плазма, которая содержит высокие титры иммуноглобулина G. Когда невакцинированный пациент заболел, в нетяжелом состоянии поступил в стационар, переливание этой плазмы помогает организму справиться с инфекцией. К сожалению, это не работает у пациентов с тяжелой и крайне тяжелой формой, но у средней группы пациентов перспектива реанимации снижается на 19%.

Ремдесивир базисно используется, но, к сожалению, такого вау-эффекта, которого все ожидали, когда появилась эта молекула, мы не получили. Мы активно применяем у пациентов в тяжелом состоянии — с развитием гипервоспаления на фоне ковидной инфекции — биологически активные препараты, ингибиторы интерлейкина 6. Это помогает прервать сверхвоспаление. Конечно, протоколы постоянно меняются, потому что, мне кажется, 80% клинических исследований, которые публиковались за последние полтора года, так или иначе связаны с COVID-19.

— Из того, что вы читали, — существует ли сейчас новое перспективное лекарство против COVID-19, на которое есть надежды?

— Я очень надеюсь, что оно есть. Другое дело, что многие исследования находятся на тех фазах, которые пока не публикуются. Большое количество публикаций по различным молекулам связано в основном с блокадой цитокинового шторма. Это уже не только ингибиторы рецепторов интерлейкина 6, но и ряд других препаратов, которые активно изучаются у пациентов со средним и тяжелым течением. Идея одна — не допустить сверхвоспаления, которое очень быстро переводит больного из палаты в отделение реанимации. Научная работа идет не только в плане поиска «магической пули» противовирусного препарата, мы активно изучаем и качество жизни пациентов, перенесших COVID, и разрабатываем программы реабилитации пациентов после перенесенного COVID на московском и федеральном уровнях.

— Вы у себя в Facebook писали, что «с конца декабря [2020 года] по июнь 2021-го поступили 23 тыс. пациентов и из них вакцинированных было только 136». Существует один из самых стойких мифов о том, что люди заболевают именно после вакцинации. Вы эту статистику не хотите оформить в исследование для убедительности?

— Да, тоже идея хорошая, но в случае Москвы исследование нужно делать на большой выборке, которая есть в нашей единой медицинской информационной системе. И мы должны договориться, кого мы считаем вакцинированным. К примеру, человек получает первый компонент вакцины, на десятый день заболевает. Мы его считаем вакцинированным?

— Нет.

— Конечно, нет. Вакцинированным можно считать человека, у которого прошло 14 дней после введения второго компонента. До этого момента иммунитет не сформировался и вакцинированным его считать нельзя. Очень много спекуляций как раз находится в этой серой зоне, пока иммунитет еще не сформировался, а пациент в это время заболел.

Есть и психологический момент: после того как человек получил первый компонент, он расслабляется. У него появляется ощущение, что он в доспехах. Нет, он еще не в доспехах.

Я всей своей нормальной человеческой, не врачебной логикой не могу понять, как можно заразиться фрагментом вакцины. Поэтому это тоже спекуляция антиваксеров, иначе это назвать нельзя. Люди идут против банальной логики.

— Тем не менее у нас есть данные по статистике, сколько людей заболевают после вакцинации, но цифры разнятся: министр здравоохранения приводит 2,5%, а президент России озвучивал 10%, то есть до 10% заболевают после двух прививок. Какая цифра ближе к реальности?

— Я думаю, это вопрос к Роспотребнадзору, который имеет в своей оперативной работе большие данные. Но я с первого дня говорил, что вакцинация — это не защита от инфицирования. Вакцинация — это минимизация рисков тяжелого течения, госпитализации в отделение реанимации, перевода на искусственную вентиляцию легких (ИВЛ).

— Вы в прошлом году ездили в Дагестан для помощи медикам. Сейчас Дагестан входит в число антилидеров по количеству вакцинированных, там их меньше всего наряду с Владимирской и Ульяновской областями. Как вам кажется, понадобится ли в ближайшее время какому-то из регионов вновь ваша помощь? И, может быть, дадите совет другим регионам, которые испытывают сейчас аналогичные проблемы-либо с подъемом заболеваемости, либо с низким количеством вакцинированных?

— Первый приезд был год назад, это было профессиональное общение с коллегами, которые имели опыт, аналогичный нашему, мы с ними обсуждали лечение, логистические решения в существующих условиях. Сейчас рекомендация простая — вакцинация. На локальном уровне инструменты [ее обеспечения] могут меняться. Например, Москва — QR-коды, Иваново — что-то другое. Важна вакцинация сотрудников, работающих в местах массового скопления людей, сведение к минимуму крупных стадионных мероприятий. Если массовые мероприятия проводятся, неважно какие — культурные, образовательные, политические, — то обязательно надо носить маски, соблюдать дистанцию полтора метра. Я сам за полтора года принял участие только в одной очной медицинской конференции. Но сейчас много современных программ для коммуникации, и это все можно использовать, пока мы не придем к достаточному количеству вакцинированных и снижению заболеваемости. Это те рекомендации, которые я бы дал. Если возникнет необходимость в посещении московской команды (ведь не только я в Дагестан летал), то как по-другому?

О вакцинации и о том, нужно ли измерять антитела

— На повестке Госдумы до ухода на каникулы был вопрос о включении прививки от COVID-19 в национальный календарь, но он был снят. Депутаты объясняли это страхом людей перед обязательной прививкой. В национальный календарь включены вакцины против тех заболеваний, которые с нами давно, как корь или грипп. Будет ли так с COVID-19 и нужно ли включать вакцину против него в календарь?

— Очевидно, мы просто не хотим или боимся признаваться, что коронавирус с нами надолго. А раз так, то нужны понятные, внятные меры. Одной из таких внятных мер является национальный календарь прививок. Который избавит нас от всех этих модных разговоров… Какие сейчас модные разговоры в общественном месте, чем сейчас меряются мужчины?

— Антителами.

— Да, антителами. В календаре есть сезонная вакцинация от гриппа, вы совершенно правы, и мы не задумываемся: «Так, у меня в мае были сопли, я кашлял, у меня, видимо, был грипп. Так, в сентябре по календарю мне нужно сделать прививку. А не померить ли мне антитела от гриппа?» С гриппом такой истории нет, а с коронавирусом все с точностью до наоборот. Поэтому это просто правило хорошего медицинского тона — внести прививку в календарь, и точка. Мне кажется, сейчас уже есть фаза принятия, все истерики заканчиваются, все понимают, что другого пути нет.

— В России действительно сложился обычай мериться антителами, но Минздрав считает, что в измерении уровня антител нет смысла. Но можно ли на основании теста на антитела принимать решения о ревакцинации, например, или о вакцинации, если человек до этого болел?

— Я не профессиональный вирусолог, я анестезиолог-реаниматолог, поэтому прислушиваюсь к мнению коллег-вирусологов. Антитела надо измерять, только если человек участвует в клиническом исследовании, когда их измеренный уровень ляжет в его основу.

— Есть исследования, которые показывают, что иммунитет именно после вакцинации более «качественный», чем после естественной болезни. Что вы об этом думаете?

— Есть четкое понимание и инструкция: шесть месяцев после болезни — вакцинация, шесть месяцев после вакцинации — ревакцинация. Мне кажется, это самый правильный ответ на данный вопрос.

— Сейчас активно обсуждается так называемый длинный COVID. Когда на протяжении продолжительного времени нет повышения антител IgG, которые говорят о хороших защитных свойствах организма, а есть постоянные антитела IgM в высоком титре, которые, как мы понимаем, вырабатываются в момент заболевания либо сразу после болезни. Насколько «длинный COVID» опасен?

— Это вопрос к иммунологам и вирусологам. Люди измеряют иммунитет, который циркулирует в плазме крови, так называемый гуморальный иммунитет. Есть еще и варианты клеточного иммунитета. Но я бы рассуждал о long COVID не с позиции антител, а с позиции пост-COVID. Это качество жизни пациентов после перенесенного вируса. Мы опрашивали наших пациентов, которые были в Коммунарке, и после выписки.

Я для себя long COVID считаю ситуацию, когда люди в течение двух и более месяцев (а пожилые пациенты — зачастую и дольше) не могут вернуться к изначальному качеству жизни.

Когнитивная дисфункция, забывчивость, быстрая утомляемость, раздражительность, появление панических атак, в том числе и у молодых людей, у которых это не самая частая проблема.

Это тот медико-социальный вопрос, который еще глобально возникнет в популяции. Нам удалось это статистически собрать, правильно обработать, разбить по группам, и в ближайшее время появится публикация.

— А что делать с этими долгосрочными последствиями?

— Это все последствия тяжелого течения COVID. Наша задача — не допустить его тяжелого течения. Как не допустить — мы с вами проговорили. И в России сейчас есть четыре вакцины, чтобы этого добиться, все.

— Я больше про диагностику пост-COVID.

— Мы эту проблему обсуждали с коллегами на профессиональных и политических площадках. Сейчас создается программа реабилитации для больных COVID и программа углубленной диспансеризации пациентов, перенесших COVID, чтобы понять, что, где и как происходит.

— В середине июля в НИИ эпидемиологии им. Пастера сделали вывод о том, что в России уже достигнут уровень коллективного иммунитета 60%, но тут же оговорились, что это не повод «выдохнуть». А правильно ли сейчас в принципе ставить цель добиться коллективного иммунитета, достижима ли она, если ежемесячно появляются новые штаммы?

— А как без цели двигаться, скажите? Должен быть какой-то внятный KPI. Но то, что современная существующая вакцина эффективна в отношении циркулирующих штаммов, в том числе новых, это точно. Это одна из возможностей прервать порочный круг мутирования. И это второй мой довод уважаемым антиваксерам.

— Вакцинация большого количества людей — это и есть единственный способ прервать распространение и мутацию как раз новых штаммов?

— Да. От нас уже все зависит больше семи месяцев. От нас — я имею в виду не медиков, а социально ответственных лиц, которые уважают людей, находящихся рядом.

Очень много было дискуссий и спекуляций о лишении прав [в случае обязательной вакцинации] и т. д. А почему от твоего волеизъявления и права должен погибнуть мой родитель? Я так ведь вопрос ставлю. Окей, ты антиваксер, ты сидишь дома, и возвращается сценарий марта, прекрасно работающие сервисы доставки еды, продуктов. Работаешь удаленно, если твой работодатель это позволяет, — вот они, твои свободы. Но почему ради твоих свобод я должен попадать в группу риска, рисковать пожилыми родителями? Самая большая внутренняя свобода — это быть социально ответственным перед людьми, которые находятся рядом с тобой.

О пропаганде вакцинации и вакцине Pfizer

— Вам не кажется, что в России сложилось такое отторжение в отношении вакцинации и конкретно «Спутника V» из-за изначально неверного пиара? Это была больше пропаганда, нежели разъяснительная научная работа. Только недавно, например, появилась понятная социальная реклама о вакцинации — с вами и с главврачом Филатовской больницы Валерием Вечерко.

— Для меня самым большим пиаром была публикация результатов [клинических] исследований в уважаемых журналах с высоким индексом цитируемости, и сейчас продолжают выходить публикации на английском языке из других стран, которые показывают сопоставимые результаты. Три года назад кто-нибудь из немедиков знал журнал Lancet? Никто не знал. А сейчас три-четыре журнала таких, совершенно глобальных: Lancet, Nature на слуху у немедицинских обывателей. Доказательная медицина и есть для меня, как врача, пиар. Я понимаю, что это не пиар для граждан.

А на чем строится гипотеза антиваксеров? Это же наброс на вентилятор: «А, вы не забеременеете!»

Есть какие-то исследования? Есть понятная технология создания вакцины, если говорить про «Спутник V». Она не вчерашняя. Аргументы с моей стороны, как проваксера, очень простые — публикации непрекращающиеся, которые демонстрируют все как есть, исследования из других стран, если вы не верите нам, российским докторам и ученым. Да, наверное, я, к сожалению, снизил свою социальную активность в этом плане, потому что сколько можно?

— Мне кажется, здесь нет предела. Это бесконечная популяризаторская работа.

— Значит, надо инструмент менять. И мы это, кстати, сделали с пиар-командой социального блока. Я говорю про тот наш живой ролик, реальный.

— С мотоциклами?

— Да. Абсолютно живая история с мотоциклами, непостановочная. Ни мотоциклы, ни врачи на байках, ни вакцинация, ни павильоны «Здоровье». Это все абсолютно живое. Просто сшито в один ролик. Надо целевую аудиторию расширять и выходить из зоны соцсетей. Это тоже делается, если посмотрите на плакаты. Но еще раз говорю: я не специалист по пиару, чтобы кому-то давать рекомендации.

— Как только в регионах появляются «ЭпиВакКорона» или «КовиВак», они тут же пропадают и выстраиваются очереди. Вы это с чем связываете? Это такая российская черта: любовь к дефициту?

— Я думаю, что в России от России не уйти. Я поддерживаю ваше предположение. Это же круто: достать! Понятно, что производственные мощности разных производителей вакцин различаются. Так как первой была зарегистрирована вакцина «Спутник V», то и производственные мощности она нарастила гораздо быстрее, нежели другие производители, но очевидно и то, что производство «Спутника V» — больше, чем у других. И вот это «достать», «а я не как у всех» — это сработало. С этим связано. Будем просто логически рассуждать о вопросах безопасности, эффективности — если сравнить количество граждан, которые привились «Спутником V» за этот период, с количеством по другим вакцинам, оно же несопоставимо.

— Если в России все-таки будет зарегистрирован препарат Pfizer или Moderna, это повысит лояльность людей к вакцинам?

— Наверное, может сработать, но тогда господа антиваксеры будут противоречить самим себе, потому что вся их доктрина, весь их популизм и спекуляции строятся на том, что «Спутник V» не изучен. А разве вакцина Pfizer изучена больше, чем «Спутник V», с точки зрения длительности наблюдений? Окей, появилась [в России] зарубежная вакцина. Но глубина ее изучения и выборки примерно сопоставимы [с российской вакциной]. В чем тогда логика?

Неизученную российскую нельзя, а такой же неизученный по длительности Pfizer можно? Это же смешно.

— Но тем не менее вам кажется, что люди охотнее будут прививаться?

— Я не думаю, что эта категория людей, которая довольно немногочисленна, существенно повлияет на количество привитых граждан.

— Второй довод против вакцинации российским препаратом: «Спутника V» пока нет в emergency list Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Там есть другие вакцины, которые позволяют людям путешествовать за границу. Если все-таки «Спутник V» появится в этом листе, повысит ли это лояльность к данному препарату и к вакцинации в целом?

— Да, если это будет сопровождаться действительно расширением доступа и географии путешествий. Я думаю, что это сработает. Но тут больше каких-то политических историй, нежели медицинских. Мне кажется, мы все-таки придем к цифровизации, когда данные о вакцинированном человеке будут отображаться в глобальном пространстве.

О политике

— В интервью Антону Красовскому вы говорили, что вы врач, а не политик, поэтому не пойдете на выборы в Госдуму. Интервью вышло во вторник. В субботу было объявлено о вашей кандидатуре для включения в федеральный список «Единой России». Почему вы поменяли свое решение? Сыграла роль просьба президента?

— Во многом сыграла. В течение последних трех-четырех месяцев много коллег со мной об этом разговаривали. Не секрет, что в будущий созыв Думы баллотируется очень большое количество врачей, медиков, могу назвать 17 человек, кого я лично знаю. Мы так или иначе встречаемся, коммуницируем. И ребята все время говорили: давай что-нибудь поменяем. Я говорю: ребята, я правда врач, это не моя история. Но, конечно, когда ко мне обратился президент с главным посылом, что здравоохранение требует перезагрузки, а перезагрузить его могут только люди, которые эту систему знают изнутри, — так эта история [с политикой] и началась.

— То есть кроме личной просьбы Путина у вас появилось желание что-то поменять в медицине на уровне законодательства?

— Да. И начатая работа, общение с коллегами, консилиумы с участием исполнительной власти — мне кажется, нас слышат. Быстрый запуск программы реабилитации ковидных пациентов говорит о том, что, наверное, можно что-то поменять.

— Вы больше хотите быть политиком или врачом? Совмещение будет трудно даваться.

— Мы в начале пути, кампания только началась. Давайте мы до чего-то дойдем, и я отвечу на этот вопрос.

— Но вы хотите быть депутатом?

— Я ставлю вопрос немножко иначе. Я хочу поменять и помочь перезагрузить систему здравоохранения. Где я буду находиться — в этом кабинете или у постели больного, — это вторично. Если есть возможность влиять и участвовать в правильном изменении системы здравоохранения — место значения не имеет. Важна здравая идея, важна команда и важно, чтобы нас — медиков — слышали.

— Есть какие-либо существующие законопроекты, одобренные в предыдущую сессию, которые вы хотели бы поменять? Например, есть резонансный законопроект о суррогатном материнстве и его запрете для иностранцев. И множество других.

— Это законопроект не медицинский, а больше социальный. Я в него так сильно не погружен, чтобы «включать эксперта». Есть, к моему профессиональному сожалению как анестезиолога-реаниматолога, законопроект, который Госдума не успела принять в третьем чтении, — об автоматических дефибрилляторах в общественных местах. Я уверен, что медицинская команда следующего созыва это завершит. У нас очень много медицинских реальных, жизнеспасающих тем. Все-таки суррогатное материнство — это не медицинский вопрос. Медицинские технологии здесь понятны. Кому и как это делать — вопрос социальный.

— Вы известны тем, что защищали права врачей. Выступали в защиту гематолога Елены Мисюриной, например. Как вам кажется, сегодняшняя ситуация с уголовными делами против врачей — избыточна? У вас есть задача ее поменять?

— По медицинской составляющей любого спорного конфликта решение должно принимать профессиональное сообщество. Если, например, Федерация анестезиологов-реаниматологов России говорит: парень, ты профнепригоден, — мне кажется, это хуже любого срока для каждого уважающего себя врача. Профессиональную экспертизу должно осуществлять все-таки профессиональное сообщество, а не некий комитет, подконтрольный исполнительной власти, и т. д. Эта позиция абсолютно не новая. Она у меня за последний месяц не изменилась. Если нас будут слышать — конечно, я ее буду озвучивать. То же самое — дело Сушкевич. Есть сообщество неонатологов. Они должны дать экспертную оценку происходящему.

— Они дают. Но толку пока нет.

— Потому что это юридически не урегулировано. Это просто частное мнение. Чтобы судебная власть не игнорировала заключение профессионального сообщества, оно должно быть как минимум в равных правах с официальной экспертизой.

Справка

Денис Проценко — главный врач больницы № 40 в Коммунарке, главный внештатный специалист Москвы по анестезиологии и реаниматологии. Родился в 1975 году в Ашхабаде. В 1999 году окончил Московскую медицинскую академию им. И. М. Сеченова (сейчас — Сеченовский университет) по специальности «лечебное дело», в 2000 году в этом же вузе окончил интернатуру по специальности «анестезиология-реаниматология».

В 2003 году в Российском государственном медицинском университете (сейчас — РНИМУ им. Н. И. Пирогова) защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. С 2008 по 2014 год занимал пост заместителя главного врача по медицинской части в Городской больнице № 7 (сейчас — ГКБ им. С. С. Юдина), с 2016 по 2019 год — главврач этой больницы. С 2019 года занимает должность завкафедрой анестезиологии и реаниматологии в РНИМУ им. Н. И. Пирогова. С этого же года по настоящее время руководит больницей № 40.


Беседовал Егор Губернаторов

Александр Роджерс: Украина срывается в истерику

Представители киевского… теряюсь в выборе правильного слова, «цирка» или «дурдома»… в общем, дурцирка заявили, что осенний разговор Зеленского с Байденом будет

а) с позиции силы;

б) на повышенных тонах.



Визжать в истерике будут? Я хочу это послушать, как Вовочка, который годами отрабатывал и тренировал низкий голос (он у него не от природы такой, если вы не знали) будет петь фальцетом.

Видимо, крышка пианино во время очередного номера всё-таки упала и отсекла ненужные детали.

Чтобы разговаривать с кем-то с позиций силы, нужно эту силу для начала иметь.

Как говорил в «Берегись автомобиля!» герой Папанова, «Ты вообще живёшь на свете по доверенности. Ничего у тебя нет, ты голодранец!».

Классический такой киевский Голохвастов. Сколько лет прошло, а что «За двумя зайцами», что «Свадьба в Малиновке» остаются документальными хрониками, абсолютно точно отражающими суть происходящих на «Украине» событий.

У пана отамана нет золотого запаса, Аваков с нациками на осень планируют очередной майдан, на этот раз уже по свержению Зеленского. Тот лихорадочно меняет силовиков (как в СБУ, так и в армии), пытаясь подобрать лояльных (а с чего им быть лояльными, если у него нечего им дать?).

Но туда же – надувать щёки, изображать важность и заявлять «Мы сейчас всем покажем». Что именно? Голый афедрон через дырки в порванных шароварах?

За прошедшие годы постоянное попрошайничество вперемежку с претензиями «нам все должны» стали фирменным стилем поведения киевского режима. Независимо от того, кто является президентом в текущий момент – Порошенко, Зеленский или придёт ещё кто-нибудь.

И это уже всех порядком достало. Так буквально на днях в словацкой газете «Dennik N» вышла статья, автор которой прямым текстом пишет, что «безумными требованиями Украины в Европе уже все сыты по горло».

Впрочем, если вы поднимете наши старые прогнозы, сделанные несколько лет назад, то увидите, что именно это мы и предсказывали, когда писали, что «Украина – это чемодан без ручки, который всем скоро надоест нести».

Меня раньше откровенно забавляли (а теперь уже тоже утомили) эти постоянные крики киевского режима о том, что его хотят завоевать. Зачем? Чтобы отмыть, одеть, накормить? Что ещё? Заодно выплатить их долги, восстановить автомобильные и железные дороги, построить новые заводы, побороть коррупцию и уголовную преступность?

Зачем кому-то завоёвывать самую нищую и разваленную недострану Европы? Ещё и прибалты туда же, которые за последние годы потеряли более 20% населения, но всё равно продолжают бояться русских (при которых такого не было).

Они напоминают алкоголичку, валяющуюся в грязной луже и пропитым голосом кричащую, что её хотят изнасиловать. И требующую денег на опохмел.

Ах, так вот что они имеют в виду под «разговор на повышенных тонах»!

Александр Роджерс

На Донбассе жесткое обострение: почему молчат СМИ?

В 33-м выпуске спецпроекта «Донбасс: Минский процесс» вместе с директором Института миротворческих инициатив и конфликтологии Денисом Денисовым разбирали последние новости из Донецкой и Луганской народных республик:

0:19 - Обострение на Донбассе;
1:01 - Эффективность дополнительных мер по соблюдению режима прекращения огня;
3:45 - Дисциплинарные меры за нарушение мер прекращения огня;
5:30 - Запрещённое Минскими договорённостями оружие;
8:13 - Самое эффективное перемирие?;
9:27 - Поставки вакцины "Спутник Лайт" в Народные Республики Донбасса;
10:34 - Признание всех документов Народных Республик в России;
12:30 - Гаага, доказательства подконтрольности ДНР и ЛНР России;
15:07 - "Кровавое воскресенье" в Горловке.

А могли бы отдать Украине: Израиль уничтожит большую партию вакцин

Израиль уничтожит 80 тысяч доз вакцин против коронавируса, срок годности которых истек в полночь. Стоимость препаратов Pfizer/BioNTech, которые подлежат уничтожению, составила шесть миллионов шекелей (1,8 миллиона долларов).

Об этом вчера сообщило издание Times of Israel.



Запасливые власти страны хранили эту партию про запас и, даже понимая, что что срок годности подходит к концу, а необходимый процент населения вакцинирован, не перепродавали и не передавали вакцину тем, кто в ней нуждался.

Впрочем, в начале июля Израиль всё же поделился с Южной Кореей, эти вакцины тоже были на исходе срока годности, а Сеул обещал отправить взамен свежие препараты в конце этого года.

Напомним, Израиль был одной из первых стран, где были сняты карантинные ограничения из-за того, что прививки получила критическая масса населения и был сформирован коллективный иммунитет.

Источник: https://rusvesna.su/news/1627796953

В Киеве мужчина открыл огонь из окна квартиры по «хохлам»

В Оболонском районе Киева, вблизи с ТРЦ Dream Town мужчина открыл стрельбу по прохожим. Об этом сообщает пресс-служба Патрульной полиции.

При этом свои действия мужчина снимал на видео, комментируя, что стреляет по «хохлами», «служа России и Путину».



Правоохранители вычислили «стрелка» и пришли к нему домой. Во время допроса он заявил, что это была «шутка» и он «не очень понимал, что говорит».

«Это была просто шутка. Я понимаю, что я перегнул палку с таким шуткой, но я не поддерживаю, не люблю Россию. Никогда не поддерживал ни Россию, ни ДНР, ни Путина», — оправдывался задержанный киевлянин.

По данным правоохранителей, «стрелок» 1998 года рождения, родом он из Марьинки (Донецкая обл.).

https://t.me/patrolpolice_ua/1347


AF-News

Порожняк Киев ― Пекин

Несколько лет тому назад, когда постмайданый угар ещё не выветрился из голов киевских политиков, на Украине появился амбициозный проект нового маршрута для известного китайского проекта «Шёлковый путь» из Азии в Европу. Маршрута, который вопреки логике шёл бы в обход территории Российской Федерации. Помнится, тогда ещё снарядили целый грузовой состав, целью которого было добраться до Китая, стать там под загрузку, а потом с помпой вернуться обратно в незалэжную.



Шуму было много, провожали состав под бесконечные речи о грядущей «перемоге» и бурные продолжительные аплодисменты. Но, увы, как это обычно и бывает на Украине, закончилось всё пшиком. Покатавшись какое-то время по бескрайним просторам казахстанских степей, состав очутился на запасном пути одной из малозначительных станций этой среднеазиатской республики. Говорят, кстати, что до Китая он так и не доехал.

Отыскать заблудившийся поезд было поручено главному специалисту по превращению сложного задания в невыполнимое ― Зоряну Шкиряку. Тому самому, который за свой провальный вояж в Непал, будучи ещё руководителем украинского аналога российского МЧС, получил обидное прозвище Шкиряк Катмандуйский. В общем, вернулся тот многострадальный поезд в Ильичевск таким же порожняком, как и уходил в своё китайское турне несколькими месяцами ранее.

Таким образом, нынешний «внезапный» якобы разворот Киева на восток не является чем-то новым, доселе неведомым. Мы это уже проходили, и даже если оставить в стороне тот факт, что всё это лишь пустопорожние разговоры, начатые с досады на подчёркнутую холодность западных партнёров, подобная смена вектора в любом случае была бы обречена на провал. Потому что нет под ней ни реальных планов, ни стратегического расчёта ― лишь банальная истерика.

Ну а как иначе можно расценивать слова «говорящей головы» украинской делегации в Трехсторонней контактной группе по Донбассу Алексея Арестовича, заявившего недавно, что если, мол, пророссийские интересы стран Запада будут усиливаться, а их политика «сдачи украинских интересов» реализовываться, то Украина будет вынуждена «развернуться на Восток».

«Если Запад захочет подружиться с Россией ценой сдачи украинских интересов или значительной их доли, то мы развернемся на Восток и так перебалансируем нашу позицию. Поэтому в международной политике Украина находится на грани фола», ― дословно произнёс Арестович в эфире украинского пропагандистского канала «Дом».

Не стану зацикливаться на обвинениях этого странного персонажа современной украинской политической пьесы (там сейчас все такие) в сторону Запада, который по одному Арестовичу понятной логике с какого-то перепуга должен блюсти интересы Украины. Тут явно прослеживаются признаки мании величия в последней стадии. Но интересен сам факт того, что, угрожая своей фактической метрополии эдаким разводом, украинская колония устами спикера в ТКГ выдаёт некий случайный набор государств, объединённых лишь своим географическим направлением к юго-востоку от Киева. Вчитайтесь в этот список: Китай, Вьетнам, Турция, Объединенные Арабские Эмираты, Катар и неназванные прочие. Нет, понятно, что основной фигурант этого перечня ― КНР, но остальные-то приплетены явно до кучи, чтобы создать видимость альтернативных вариантов, хотя, как говорилось в одной давнишней рекламе, при всём богатстве выбора другой альтернативы нет.

Впрочем, выбор Китая в качестве основного пугала для заокеанских кураторов не случаен. Говорливый Арестович напомнил, что некоторые западные государства настолько опасаются Поднебесной, что готовы перетянуть Российскую Федерацию на свою сторону даже, как он выразился, «ценой навязывания Украине российского варианта решения конфликта в Донбассе». Попутно обиженный шоумен от политики напомнил и о поддержке Германией строительства «Северного потока ― 2», и об отмене по этому поводу соответствующих американских санкций, и даже о совместной инициативе Берлина и Парижа по проведению саммита ЕС ― Россия.

Вообще в своём истеричном поведении Украина напоминает некую девушку, да простят меня представительницы прекрасной половины человечества за невольный сексизм. Когда-то, 30 лет назад, девушка была молода, хороша собой и даже имела за душой солидное приданое, доставшееся ей в наследство от родителей. Выходить замуж красавица не торопилась. Вместо этого, раздавая авансы многим соискателям её руки, она предпочитала брать что-то от каждого, оставаясь формально свободной.

Многие осуждали барышню за подобное меркантильное и в тоже время легкомысленное поведение, и для успокоения своей совести она стала называть такой образ жизни многовекторностью. Но годы шли, потенциальные женихи постепенно перестали проявлять к ней интерес, справедливо упрекая её в бесконечном «динамо». Она промотала наследство родителей, подурнела и незаметно для себя из подающей надежды дебютантки превратилась в женщину с пониженной социальной ответственностью, готовую пойти со всяким, кто раскошелится на ужин в хорошем ресторане.

В итоге в 2021 году к юбилею собственной независимости Украина подходит в состоянии пушкинской старухи, сидящей у разбитого корыта. Не вышло из неё ни владычицы морской, ни царицы, ни даже столбовой дворянки. Разругавшись в пух и прах с Россией, опостылев дальше некуда западным покровителям, она пытается найти утешение в объятиях дальневосточного Дракона.

Но Дракон ― животное весьма расчётливое и прагматичное, даром что сказочное. И на весь этот набор жалких уловок престарелой жеманницы взирает без особого интереса. Тем более что в Пекине не забыли о том, как буквально недавно под давлением США Киев откровенно кинул китайцев со сделкой по «Мотор Сичи». Так что никаких реальных перспектив на азиатском направлении у Украины нет, да и никогда не было.

Тем не менее кое-какие выводы из очередной попытки заигрывания с Китаем всё же можно сделать. Ответ на вопрос, зачем это нужно с политической или чисто экономической точки зрения, понятен без лишних слов, мне же скорее интересна, так сказать, морально-этическая составляющая процесса.

Во-первых, сегодняшняя любовь с Китаем лишний раз доказывает справедливость утверждения, что единственной истинной идеологией нынешней украинской власти является махровая русофобия. Всё остальное, в том числе и запрет на коммунистическую символику, лишь производные.

Как вы думаете, если бы по всей Украине стояли памятники не Ильичу, а, скажем, Мао Цзэдуну, состоялся бы в незалэжной постмайданный «маопад»? Да конечно же нет! Я уже как-то высказывал мысль, что сами по себе «активисты революции достоинства» ничем не отличаются от российских большевиков или китайских хунвэйбинов. Тот же стиль, тот же почерк, та же сталь в голосе, уверенность в собственной правоте и отсутствие каких бы то ни было моральных принципов.

Ненависть «украинцев» к Ленину обусловлена тем, что он для них русский, а вовсе не тем, что он идеолог коммунизма. С красным флагом, золотой звездой, серпом с молотом ровно та же история. Точно такой же красный флаг КНР, да не с одной, а с пятью золотыми звёздами, киевским борцам с большевизмом глаза почему-то не застит.

Во-вторых, шуточная теория про знаменитые «украинские грабли» опять находит своё подтверждение. То, что мы имеем сейчас на Украине, до степени смешения повторяет события 300–400-летней давности, начиная с восстания батьки Хмеля до последовавшей за этим Руины с чехардой на гетманском «престоле» и метаниями тогдашней украинской политической элиты от одного иноземного покровителя к другому. Ну и в качестве вишенки на торте ― предательство Мазепой русского царя. Всё ровно то же и закончится так же: для «самостийной Украины» и её западных союзников ― под условной Полтавой, для нынешней украинской власти ― где-нибудь в завшивленной лачуге в Бендерах…

В-третьих, очередная попытка поступить «назло», а не «во благо», готовность пожертвовать национальными интересами лишь бы насолить очередному соседу/партнёру/союзнику, этот вечный украинский мазохизм, замешанный на роли перманентного флюгера, ― всё это поражает воображение. Но ещё больше его поражает тотальная неспособность украинской власти к обучению на ошибках предшественников, да и на своих собственных.

Это что, первый раз, когда Киев получает по носу, убеждаясь, что проблемы украинских «индейцев» никак не беспокоят западного «шерифа»? Сколько ещё раз нужно услышать слово nein, для того чтобы понять, что в ЕС Украину никогда не позовут? Как долго надо показывать «батман тандю» и ныть «ну возьмите меня», чтобы дошло ― НАТО не будет воевать с Россией из-за незалэжной? А потому совместные учения, дабы позлить «русского медведя», ― это одно, а вступление в альянс малоадекватной страны, способной подвести под ядерный монастырь всё «цивилизованное человечество», ― совсем другое.

Ну и наконец, почему идиотскую привычку плевать в протянутую Россией руку дружбы можно «вылечить» исключительно хорошеньким «ляпасом» этой самой рукой по обнаглевшей от безнаказанности морде радикала-самостийника? И главное, почему они никак не усвоят, что им однажды всё равно «прилетит», сколько бы они ни заходились в своём русофобском угаре?

Так что не поедет украинский паровоз ни в Китай, ни в Катар, ни куда-то ещё: и угля нет, и рельсы разворовали. Потому стоит на заброшенном полустанке ржавеющий состав, и лишь ветер гуляет по его порожним вагонам.

Алексей Белов

Газпром Вседержитель: почему США опоздали со спасением Европы от России

Один из стереотипов, касающихся истории проектов Газпрома в Европе – то, что для нас стало привычно говорить только о тех магистральных газопроводах (МГП), по которым российский газ поступает в страны Евросоюза.

Однако «явление Газпрома в Европу» начиналось вовсе не с наших экспортных МГП и, что совсем уж подзабыто, это «явление» состоялось чуточку раньше, чем на политической карте мира появилась современная Российская Федерация. А забывать об этом не стоит – только в этом случае можно понять, например, поведение нынешнего правительства Германии вообще и Ангелы Меркель в частности.



Рекламный слоган «Газпром – национальное достояние» совершенно правомерно произносить и как «Gazprom ist ein nationaler Schatz eines vereinten Deutschlands», «Газпром –национальное достояние объединенной Германии».

Wintershall и Газпром до 1990 года

Для начала напомню дату: государственный газодобывающий концерн «Газпром» был создан в результате преобразования Министерства газовой промышленности СССР 8 августа 1990 года, и решение об этом принимал Совет Министров СССР (№ 6/9). Это, разумеется, не мешает называть «днем рождения» Газпрома 17 февраля 1993 года – именно тогда Председатель Совета Министров Правительства РФ (такое вот вычурное название тогда носило наше правительство) Виктор Степанович Черномырдин подписал постановление №138 «Об учреждении Российского акционерного общества «Газпром». Просто, если подходить к этим событиям совсем уж точно, то это было не учреждение новой компании, а реорганизация ранее существовавшей.

[Spoiler (click to open)]
Министерство газовой промышленности я тоже вспомнил совершенно не случайно. Именно оно выстраивало отношения с европейскими потребителями газа, подписывало контракты с крупными европейскими компаниями – контракты, которые полностью соответствовали гронингенской модели ДСЭГК, долгосрочного экспортного газового контракта, о которой наш портал уже писал.

К концу 70-х годов прошлого века основным партнером Министерства газовой промышленности стала легендарная западногерманская компания Ruhrgas, «Рургаз». Кроме того, именно «Рургазу» принадлежало не менее 70% внутреннего газового рынка ФРГ: эта компания не только импортировала советский природный газ, но и обеспечивала его хранение в ее собственных подземных хранилищах газа (ПХГ) и поставляла его через собственные распределительные сети конечным потребителям. В общем-то – практически монополия, но тогда это мало кого смущало, поскольку свою главную функцию, гарантирование энергетической безопасности и энергетической обеспеченности, «Рургаз» выполняла совершенно исправно.

На фоне могучего «Рургаза» бледной молью смотрелась небольшая компания Wintershall, с начала 50-х годов специализировавшаяся на добыче нефти и газа из месторождений на территории ФРГ. В 1969 году Wintershall получила предложение, от которого не смогла отказаться: 100% ее акций были куплены концерном BASF, одна из крупнейших в мире химических корпораций. Просто для справки: BASF – это 7 000 видов химической промышленности, которые продаются в 170 странах мира. Почему Wintershall не стала отказываться от этой сделки? Профиль деятельности менять не требовалось, зато BASF гарантировал кратное увеличение финансирования во все проекты и полную реализацию всего, что удавалось добыть в подземных кладовых. Требуются финансы на геологоразведку? Нет проблем. Требуется финансирование на проведение НИОКР (научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ), поскольку нет технологий разработки сложных месторождений? Нет проблем. Ну, и так далее. А еще исчезла проблема с распределительными сетями, чтоб доставлять газ и нефть конечным потребителям – BASF выкупал у Wintershall все 100% добытых ресурсов.

Однако годы шли – BASF рос, а вот углеводородные месторождения на территории Германии просто заканчивались, объемов добычи Wintershall перестало хватать для новых и новых производственных планов материнской компании. Однако, когда в 1989 году BASF попытался договориться о поставках газа с «Рургазом», то неожиданно получил отказ, что и стало началом того, что немецкие журналисты назвали «das Duell der Gazowiks» – перевод вряд ли требуется. В одиночку справиться с «Рургазом» крохотный Wintershall был не в силах, потому начался поиск возможного союзника.

В 1989 году, как известно, Германская Демократическая Республика была оккупирована ее западной соседкой, Федеративной Республикой Германия. Почему именно «оккупирована»? Референдума об объединении Германии не было, органы власти ГДР были распущены, прошли люстрации не только чиновников, но даже преподавателей, условия приватизации государственной собственности ГДР были разработаны так, что в этой приватизации граждане бывшей ГДР просто не смогли принять участия.

Впрочем, оставим политическую терминологию в стороне, сосредоточимся на том, что приватизировать должны были, в числе прочего, и государственную компанию VNG, Verbundnetz Gas. В ГДР именно VNG отвечала за поставки советского природного газа, поэтому логично, что Wintershall попыталась стать участником приватизации. Еще один потенциальный покупатель акций VNG тоже очевиден – разумеется, это был советский Газпром. Обе компании попытались, но все, что им удалось – одновременно увидеть ослепительной красоты птицу Обломинго, лоббистская мощь «Рургаза» никаких вариантов не предусматривала. Однако вскоре после того, как «Рургаз» добился контроля над VNG, руководству могучего газового концерна пришлось искать в библиотеках хроники жизни царя Эпира и Македонии III века до нашей эры, носившего красивое и запоминающееся имя Пирр.

Первые проекты российского Газпрома в Европе

12 октября 1990 года в Берлине было подписано обширное соглашение о сотрудничестве между компаниями Wintershall и «Зарубежгаза», заграничного подразделения Газпрома. Начали компаньоны со строительства сразу двух МГП: STEGAL и MIDAL и, в комплект к ним, ПХГ Rehden, («Реден»).

STEGAL, Sacshen – Thüringen – Erdgas – Leitung, протяженностью 323 км и мощностью 8 млрд кубометров газа в год соединяет Саксонию и Тюрингию, начинаясь на границе с Чехией возле города Ольбернау и проходя до города Рекрод в центральной Германии. Конечно, сейчас найти карту исчезнувшего государства ГДР не так просто, но при желании можно это сделать, чтобы убедиться – STEGAL стал первым МГП, прошедшим через территорию ГДР в Западную Европу.

Занимательный факт – Газпром сделал огромный вклад в энергетическую и экономическую интеграцию двух Германий, в рост энергообеспеченности и энергонезависимости теперь уже объединенной страны. Стальные нити МГП – отличное связующее звено, мы это отлично видим и у себя в России, и руководство Германии прекрасно понимало, что это действительно дорогого стоит. Тем более, что государственного финансирования эти МГП не потребовали – в дело вступил BASF, который намеревался поставить «Рургаз» на место.

MIDAL, Mitte-Deutschland-Anbindungs-Leitung протяженностью 702 км и мощностью 13 млрд кубометров газа в год – это продолжение STEGAL, проходит от города Эмден до города Людвигсхафен на юго-западе Германии. MIDAL – всего лишь аббревиатура, но произношение как бы «намекает» на английское слово «middle», этот газопровод действительно является центральной частью всех МГП, созданных в Германии Wintershall и Газпромом. MIDAL проходит с севера на юг, и на севере заканчивается у ПХГ «Реден» – крайне интересном для газовой отрасли объекте.

Wintershall разрабатывал это газовое месторождение с 1959 года, и те его части, из которых газ был полностью выкачан, постепенно становились новыми и новыми объемами ПХГ «Реден». В 1993 году, когда началась его эксплуатация, активный объем составил 1,5 млрд кубометров, а на сегодняшний день его активный объем доведен до 4,7 млрд кубометров, что делает его крупнейшим из имеющихся на территории ЕС.

STEGAL был сдан в эксплуатацию в 1992 году, MIDAL и Rehden – в 1993 году, и в том же году все три объекта были переданы под управление совместному предприятию Газпрома и Wintershall, получившему название Wingas GmbH. Нам остается просто зафиксировать: в Европу российский Газпром пришел не только как наследник Газпрома советского в качестве поставщика газа, но и как совладелец внутриевропейских магистральных газопроводов и европейских ПХГ.

Конечно, политическая биография бывшей активистки Союза свободной немецкой молодежи (так назывался комсомол в ГДР) Ангелы Меркель длинна и извилиста, но нельзя исключать того, что она не смогла забыть, как много для ее бывшей малой родины сделал Газпром…. И да, с той самой осени 1990-го года появилось еще одно простое правило: говорим «газопровод Wintershall – имеем в виду совместное предприятие Wintershall и Газпрома», говорим «ПХГ Wintershall – подразумеваем совместное предприятие Wintershall и Газпрома», говорим «Wintershall поставляет газ в Германию – имеем в виду, что это делает совместное предприятие Wintershall и Газпрома». Названия у этих компаний разные, но суть от этого не меняется.

«Ямал – Европа» – первая экспортная магистраль российского Газпрома

STEGAL и MIDAL – это, конечно, было уже серьезно, но не достаточно: газ, поступающий через Ольбернау, шел транзитом через газотранспортные системы Украины и Чехии, то есть Wintershall, так или иначе, зависел от того, как складывались отношения Газпрома с компаниями двух этих государств. Мало того, по этому маршруту шел газ, законтрактованный у Газпрома «Рургазом», то есть борьбу с конкурентом BASF законченной считать никак не мог. И уже в 1992 году начались работы по проектированию и согласованию проекта совершенно нового российско-европейского газопровода – «Ямал-Европа», который приходит в Германию через Белоруссию и Польшу.

То, что этот МГП не проходит через Украину, не было свидетельством противостояния России с этой страной, это было возвращением к здравому географическому смыслу: «Ямал – Европа» строили по кратчайшему маршруту, не выписывая на карте «газово-политические петли».

Напомню, что они в советские времена возникли из-за требований основных европейских партнеров министерства газовой промышленности СССР, «Рургаза» и австрийского OMV, не касаться территории ГДР. После 1989 года это требование исчезло, настали новые времена, которые позволяли работать по-новому.

Согласование белорусской части маршрута прошло без осложнений, основанием стало межправительственное соглашение, подписанное в 1993 году. В августе того же 1993 года состоялось подписание межправительственного соглашения между Россией и Польшей, на основании которого была создана компания EuRoPol GAZ SА, которая осуществляла проектирование и строительство «Ямал – Европа» на территории Польши и теперь является его оператором.

Акции EuRoPol GAZ SА были распределены следующим образом: 48% принадлежат Газпрому, 48% – польской государственной компании PGNiG (Polskie Gornictwo Naftowe i Gawnictwo SA) и 4% – подконтрольной PGNiG компании Gas-Trading SA.

После принятия Евросоюзом Третьего энергопакета и его газовой директивы на место PGNiG пришла компания, выполняющая функции оператора ГТС Польши – Gas-System, долевое участие не изменилось. Люди, отвечавшие за создание EuRoPol GAZ SА, были достаточно мудры для того, чтобы в уставе компании зафиксировать – правление компании создается не в соответствии с акциями, а на паритетных началах польской и российской сторонами. Противоречия за долгую историю компании случались неоднократно, но, тем не менее, EuRoPol GAZ SА и сейчас остается едва ли не последним островком былой польско-советской дружбы – компания продолжает уверенно работать.

Остается напомнить, что 90-е годы были трудными не только для России, но и для Польши: из-за сложностей с финансированием первую очередь МГП «Ямал – Европа» удалось ввести в эксплуатацию только в 2006 году.

Да, если кто-то в этом рассказе ищет слова о том, как именно в то время Польша беспокоилась о возможном уменьшении объемов украинского транзита – не волнуйтесь, нет тут таких слов и быть не может. Польша тех лет беспокоилась о собственных интересах, о собственной энергетической безопасности и обеспеченности.

Новые магистрали Газпрома и Wintershall

А вот у Wintershall проблем с финансированием не наблюдалось, поскольку за ее спиной стоял и стоит BASF. Это и позволило Wingas (разумеется – совместному предприятию Wintershall и Газпрома) вести работы сразу по нескольким проектам: строился МГП JAGAL (Jamal-Gas-Anbindungsleitung), WEDAL (Westdeuchland-Anbindungsleitung) и RHG (Rehden-Hamburg-Gasleitung).

JAGAL подхватывает МГП «Ямал-Европа» у польской границы и через 338 км соединяет его со STEGAL, проходит от Франкфурта-на-Одере и польского Мальнове до города Рукесдорф. Мощность JAGAL составляет 23,5 млрд кубометра газа в год – Польша не только зарабатывает на транзитных услугах, но и имеет возможность получать газ для собственных потребностей вне зависимости от отношений России и Украины.

Ввод в эксплуатацию МГП «Ямал-Европа» и его немецких участков обеспечил полную независимость газовых сетей Wintershall от RuhrGas, что для Газпрома означало появление еще одного крупного немецкого потребителя.

WEDAL соединил сети Wingas с бельгийской газораспределительной системой – российский газ стал поступать и в эту страну, увеличивая ее энергетическую безопасность. RHG – аббревиатура говорящая, по этой магистрали газ стал поступать из ПХГ «Реден» в один из крупнейших городов Германии. Das Duell der Gazowiks, над которой в 1989 году подтрунивали немецкие журналисты, продолжала менять ситуацию на газовом рынке не только Германии, но и всего Евросоюза, а Газпром становился все более интегрированной в Европу компанией.

С 2006 года за счет сотрудничества с Wintershall Польша и Бельгия стали странами, куда российский газ поступал по кратчайшему сухопутному маршруту. Начало века было тем временем, когда MIDAL получил еще одно продолжение – ERM (Reihn – Main) в южном направлении до Штутгарта, успешное сотрудничество с бельгийской газотранспортной компанией Fluxys позволило Газпрому приобрести 10% акций в бельгийско-британского морского газопровода Interconnector (позднее эти акции Газпром уступил все тому же Fluxys).

Два мира в одной Европе

На этой схеме красными линиями выделены те газовые магистрали, которые были построены Газпромом и Wintershall до появления проектов обоих Северных потоков, которыми эти две компании управляют совместно уже не первый десяток лет.



Это – газовая реальность Германии и Европы, рассматривая которую очень приятно, да и полезно читать бесконечный стон всевозможных американских сателлитов о том, как было бы прекрасно и замечательно избавиться от газовой зависимости от России. Если у кого-то есть сомнения в том, что все эти заявления не имеют никакой связи с реальностью, можно добавить еще одну схему – схему европейских подземных хранилищ газа, совладельцем которых является Газпром.



«Избавить Европу от Газпрома» – господа, вы это всерьез? Эти две схемы – еще одно доказательство того, что нельзя рассматривать Европу как нечто единое, монолитно-целое. Есть Европа политическая, со всеми ее разногласиями, желаниями подчинять свои интересы заокеанскому сюзерену, с ее сражениями за места в Еврокомиссии и в Европарламенте. Именно эту Европу мы вынуждены день за днем видеть на экранах телевизионных каналов, на страницах многочисленных СМИ.

А есть другая Европа – Европа бизнеса, Европа тех, кто безо всякой агитации и пропаганды понимает, что равноправное, честное сотрудничество с Россией – выгодно. Да, к 1991 году газовые магистрали из СССР в Европу уже были построены, но смена политической системы, смена власти в бывших странах СЭВ (Совета Экономической Безопасности) прошла так, что собственниками отдельных частей бывших советских МГП стали новые государства, которые теперь, как известно, входят в состав ЕС. Казалось бы – все в порядке, налицо полный контроль над импортом российского газа. Но это обстоятельство нисколько не помешало европейским деловым кругам развивать отношения с компаниями новой России. Новые магистральные газопроводы, новые подземные хранилища газа, совладельцами которых является Газпром – это в буквальном смысле слова стальное доказательство того, что царящая в СМИ антироссийская риторика отнюдь не выражает общее мнение Европы о нашей стране.

Но это все уже политические вопросы, а мы зафиксируем факты, имеющие отношение к газовой отрасли Европы и России. Газпром пришел в Европу в качестве строителя новых магистральных газопроводов и подземных хранилищ газа внутри Германии. Проект «Ямал – Европы», первого магистрального газопровода, предназначенного для поставок российского газа в Европу минуя газотранспортную систему Украины, был разработан и реализован по предложению европейских партнеров Газпрома – компаний Германии и Польши. Во время разработки этого проекта и первого периода его реализации Польша не являлась членом ЕС и НАТО, что не мешало взаимовыгодному сотрудничеству ни с Германией, ни с Россией. Залогом успеха всех проектов было использование гронингенской модели ДСЭГК и отсутствие всех ограничений, привнесенных в законодательство государств-членов ЕС в связи с имплементацией Газовой директивы Третьего энергопакета ЕС в их законодательство.

При этом немецкие МГП и «Ямал -Европа» не были единственными российско-европейскими газовыми проектами тех лет, просто нам придется рассказывать об этих проектах в отдельных статьях. В начале нулевых подошло время и для реализации проекта еще одного МГП, инициаторами которого еще в середине 80-х годов прошлого века были компании Финляндии и Швеции. Это проект реализован и действует, его современное название – «Северный поток – 1».

Борис Марцинкевич

Тотем и табу

У дедушки Фрейда есть работа, называется "Тотем и табу", всякий, кто изучал теорию психоанализа, не мог её не прочесть. В ней он попытался применить психоанализ не к отдельным индивидам, а к человеческим группам, редуцируя психологические механизмы к древней архаике. Он считал, что на коллективном уровне действуют приблизительно такие же механизмы, что и на индивидуальном. При этом Фрейд был большим пессимистом, и видел в человеке весьма примитивное существо, чьё дикарство прикрыто крайне тонким слоем разума и культуры, который в критических ситуациях лопается как мыльный пузырь И в результате этого мы лицезреем диких и бессмысленных обезьян…

«Багдадский экспресс» Лукашенко приносит результаты: Литва погружается в хаос

Как говорится, это война детки, а не избиение «младенца» Лукашенко, на которое вы рассчитывали год назад, начиная качать ситуацию в Беларуси. И теперь бумеранг вернулся к вам.

А населению Литвы могу пожелать терпения, терпения и еще раз – ТЕРПЕНИЯ. Он ему точно понадобиться.

Как в Украине коррупцию побеждают

Национальное агентство по предупреждению коррупции завершило полную проверку 294 деклараций депутатов и чиновников. И в этих декларациях было выявлено нарушений более чем на 225 миллионов гривен. Об этом сообщила пресс-служба НАПК.



После проверки деклараций в 64 были выявлены признаки уголовного или административного правонарушения. Например, в 52 декларациях чиновники не отметили имущество на сумму от 100 до 500 прожиточных минимумов, то есть, от 227 тыс. грн. до 1,1 млн грн. Как говорится, мелочь, но приятно. Вот только теперь с этими «мелочами» будет разбираться суд.

«Именно суд может назначить этим должностным лицам наказание в виде штрафа. А в случае, если декларант не занимает высокую должность, НАПК направит соответствующие материалы для составления админпротоколов в Национальную полицию», – говорится в сообщении пресс-службы Национального агентства по предупреждению коррупции.

То есть в случае, если суд или полиция посчитают эти нарушения преступлениями, то авторы деклараций заплатят штраф. С начала года на проверке находятся 936 деклараций. И уже на сегодня НАПК направляет результаты проверки деклараций в суд и прочие компетентные органы. Среди тех, кто нахимичил в своих финансовых отчётах фигурируют судья Верховного Суда Украины Николай Короткевич, народные депутаты Украины Михаил Забродский, Максим Пашковский, Анна Колесник, Ольга Саладуха, заместитель Председателя Харьковской областной государственной администрации Руслан Тихонченко и даже бывший первый заместитель директора Государственного бюро расследований Александр Бабиков.

Впрочем, «бывших» среди «невнимательно» составляющих свои декларации чиновников и депутатов хватает. Например, в этом списке есть бывший заместитель Председателя Государственной службы экспортного контроля Денис Радов, бывший председатель Харьковской областной государственной администрации Алексей Кучер, бывший заместитель председателя Харьковской областной государственной администрации Тарас Пастух, бывший заместитель председателя Запорожской областной государственной администрации Андрей Буйный и многие другие «бывшие», но весьма влиятельные чиновники.

Между тем, на Украине антикоррупционных органов наклонировано немыслимо. Это и Национальное антикоррупционное бюро Украины, и Национальная полиция Украины, и Государственное бюро расследований, не говоря уже про Генеральную прокуратуру Украины. А еще есть Национальное агентство по предупреждению коррупции. Правда, это агентство только предупреждает о том, что коррупция есть. Потому что и так есть кому с коррупцией в Украине бороться.

Вряд ли стоит ожидать громких уголовных дел или каких-то разоблачений после проверки всех деклараций. Максимум, что будет – проштрафившиеся заплатят штраф. А все эти органы, которые борются с коррупцией, расскажут в СМИ про очередную победу над коррупционерами.

Александр Воронцов

Подводная лодка в лесах Украины: Как Донбасс пересадил зеленые легкие югу России

Украина и степь в массовом сознании давно стали синонимами. И ёрническое выражение «подводная лодка в степях Украины» родилось не на пустом месте. Скрип чумацких возов по херсонской степи, по северной Таврии говорит нам о том же. Бескрайняя, выжженная до горизонта равнина - привычная картина тех мест

Точно таким же был до середины прошлого века и Донбасс. А потом все изменилось, хотя меняться начало еще раньше.



Было и прошло — твердит нам время

Ученые говорят, что в древности на большинстве степных просторов нынешней Украины шумели леса. Биологи, лесоводы утверждают, что могучие дубравы окружали Днепр до самого устья, что Таврия, Херсонщина, Одесская область были одеты в леса с разной степенью интенсивности. Донбасс и Придонье были лесостепью с преобладанием леса.

Да что там в древности — еще в XVI–XVII веках Донбасс до самого центра Донецкого кряжа был так или иначе залесён, а уж пойма Донца вся была в зеленом панцире. Нынешнее, давно уж степное, междуречье Дона и Донца стало таким всего за семь-восемь поколений до нас. Да, природные процессы сыграли свою роль, но без вредительского вмешательства Homo sapiens тут не обошлось.

[Spoiler (click to open)]
Человек — враг леса

Выдающийся русский ученый, «дедушка русского лесоводства» Федор Арнольд в своей книге «Русский лес» отмечал, что территория Харьковской губернии (напомним, она до революции 1917 года заканчивалась у стен Краматорска и в Краснолиманском районе современной Донецкой области) еще в начале XIX века была на 95% покрыта лесом, а к концу почти полностью превратилась в степь. Поработали купцы, вырубившие чуть ли не все мало-мальски пригодное на продажу.

Донбасс пострадал раньше. Сначала его лес безжалостно вырубали солевары Тора (Славянска) и Бахмута (Артемовска), и уже к 20-30 годам XVIII столетия харьковские воеводы, отвечавшие за местные сторожи и промыслы, били тревогу — лес исчезал на глазах. Остатки добили в XIX веке горняки — шахта требует прорву крепежного леса в лаву.

Южнее еще хуже — сегодня можно выйти из машины где-нибудь под Геническом или Чкаловском в Херсонской области полюбоваться на частокол трав, а они прямо на ваших глаза будут осыпаться пеплом — в безветрии растения недвижимо сгорают на корню.

Так русский юг пришел к тому положению, о котором Серафимович и Вересаев, посещавшие районы нынешнего Донецка, писали, что окрест — «голая пустыня, ни кустика, ни деревца».

Человек — друг леса

Отбивать наступление степи начали еще в конце XVIII века. Но то были одиночные попытки, а необходима была система. Русское государство, утвердившееся на юге окончательно к началу XIX века, начало предпринимать усилия по спасению земель для введения их в сельскохозяйственный оборот. И то сказать — господа помещики, жалованные императорами землями в Новороссии, ввозили туда своих крепостных целыми селами, а там степь, переходящая местами в пустыню.

Правда, поначалу именно крестьянская колонизация юга добавила масла в огонь. Знаменитые Алешковские пески на Херсонщине, которые некоторые называют крупнейшей пустыней в Европе, — пример пугающе стремительного превращения плодородной степи в мертвую зону, образовавшуюся в основном в результате варварского массового выпаса скота местными крестьянами на некогда бескрайних лугах с перелесками.

Надо сказать, что основание лесного дела, начало охраны земель от превращения в пустыню, заложили два видных сановника Российской империи. Первым был министр финансов при императоре Николае I — немец по происхождению Егор Канкрин. В молодости в фатерлянде кроме юридических он изучал и лесные науки. Став главным ответственным за финансы в огромной империи, Канкрин обращал особенное внимание на казенные леса, но, как писал современник, «не имея возможности управиться со всей их необъятной массой, принужден был распределить эти леса, смотря по частному их назначению, между разными ведомствами».

Он первым в России обратил внимание на важность возобновляемых лесных массивов для горной промышленности. И даже написал «Инструкцию об управлении лесной частью на горных заводах хребта Уральского, по правилам лесной науки и доброго хозяйства», в которой развивал идеи, изложенные им же в более ранних работах.



Вторым, абсолютно практическим деятелем был глава морского ведомства, впоследствии главнокомандующий русскими войсками в несчастную для России Крымскую кампанию, князь Александр Меншиков, потомок сподвижника Петра Великого. Возглавив министерство, более всего он заботился об укреплении Черноморского флота. Следствием этой заботы и стала работа по насаждению лесов, в основном дубовых и сосновых на юге, поближе к Севастополю и Николаеву с Херсоном — главным корабельным верфям.

Подвиг Граффа из Донбасса

На этом фоне и началась героическая повесть о борьбе со степью знаменитого русского лесничего, первого профессора Лесной академии Виктора Граффа. Повесть эта — сама его жизнь.

В 1843 году он основал в голой степи, вблизи греческого села переселенцев из Крыма, лесотехническую станцию, превратившуюся в один из самых знаменитых лесов Донбасса и всего лесного дела в России — Великоанадольский.

Графф бился два десятка лет над выведением засухоустойчивых пород обычных деревьев. Тысячи экспериментов с разными деревьями и методами их посадки, способами вспашки земли привели к результату — в некогда мертвом месте дикой степи сегодня шумит 3,5 тысячи гектаров леса. Великоанадольское лесничество — первое и уникальное в своем роде на юге. Кроме того, Графф побеспокоился и о кадрах, которые вот уже более 150 лет выращивает основанное им училище, ныне колледж.

Индустрия — враг леса

Графф умер на самом рубеже новой эпохи — первой индустриализации России, которой было наплевать на почвы, а лес она видела только в качестве строительного материала в горном, металлургическом и железнодорожном бизнесе. Дело великого лесничего имело все шансы умереть, но нашлись достойные его продолжатели. Такие, как знаменитый на весь мир русский почвовед Василий Докучаев, в признание заслуг которого в Донбассе его именем назван город. Николай Дахнов, посвятивший Великоанадольскому лесу много лет и усилий, доказал, что лучшим лесозащитным материалом в степи служит дуб.

Но еще чуть позже стало понятно, что на песчаных почвах, таких гиблых, как, например, те же Алешковские пески или пески Красного Лимана в Донбассе, стража лесов лучше сосны не найти.

Ученые дореволюционной России заложили основы лесозащитного дела в южных степях. Но масштабно им заниматься стали уже при советской власти.

Индустрия — друг леса

Кроме защиты почвы остро встал вопрос о лесе для шахт Донбасса. Позже для крепежа стали использовать другие материалы и заводить в шахты специальные комплексы, но вплоть до 50-х годов без огромного количества леса не могла обходится ни одна шахта. Взять того же Алексея Стаханова — он рубал свои тонны угля, а за ним шла бригада крепильщиков, и одному богу известно, сколько на его рекорд ушло леса.

Недаром во время Гражданской войны, овладев Донбассом, Советы первым делом по распоряжению Ленина прислали сюда не только хлеб, но и 70 составов крепежного леса. При советской власти были созданы лесопитомники, первым из которых на юге стал Артёмовский. Целей перед ним поставили много, но две были главными — защита почв и создание лесных массивов промышленного назначения. Именно питомник в Артемовске вместе с такими же предприятиями в Харькове, Змиеве, Изюме, Святогорске, Перевальске стали базой создания зеленых легких Донбасса.

Сегодня мало кто знает, что огромные массивы леса в Донбассе, особенно на севере его рукотворны, и большинство из них появилось после Великой Отечественной. Многие посадки леса (а ведь были и есть еще и лесозащитные посадки) осуществлялись и в целях защиты здоровья людей.

Сосна — друг Донбасса

Почетный железнодорожник СССР Николай Диденко рассказывал автору этих строк, что, когда он приехал на строительство железнодорожного узла на станции Красный Лиман в 1929 году, леса там не было и в помине. Многочисленные болота, редкий кустарник — словом, место совершенно нездоровое. Малярия была привычным делом. В 1935 году ею заболел и знаменитый писатель Андрей Платонов, по командировке «Гудка» посетивший здешние места. Создатель «Епифанских шлюзов», «Такыра», «Сокровенного человека» и «Ювенильного моря» провалялся в приступе лихорадки в домике краснолиманского машиниста несколько дней.


Чтобы остановить наступление песков, в 1932 году начали планомерно сажать сосну.

Бывший директор Краснолиманского лесхоззага Сергей Антоненко рассказывает: «Аскетические потребности этого растения дают возможность использовать его для закрепления и облесения песков. Сосна, выживая на сухих и безводных почвах, способна создавать громадную корневую систему — до 20 метров радиусом и шести метров в глубину. Сосна обыкновенная порой растет там, где не выживают даже сорняки».

В 30-е годы были заложены основы нынешних четырех гигантских лесничеств, входящих в Краснолиманский лесхоззаг. До войны успели посадить более 3000 гектаров сосны. В 1947 году процесс возобновился с новой силой — только силами колхозников, рабочих и школьников (среди которых был и автор этих строк) было посажено 14 тысяч гектаров сосны.

Всего рукотворные лесные массивы северных легких Донбасса располагались к концу советской власти на более чем 35 000 гектаров.

Из Донбасса — по всей России

Донбасские лесозащитные станции, опытные лесничества, питомники создали в России, Украине, в целом в СССР организованную систему лесозащиты и лесоразведения. Методы, изученные в степном Донбассе, успешно были использованы на Дону и в Среднем Поволжье, в Одесской и Херсонской областях, в Оренбуржье и Забайкалье. Несколько лесоводов с К. Капитанцовым во главе, эмигрировав в ходе Гражданской войны из Бахмута в Кенигсберг, поделились донецким опытом с германскими коллегами, укрепляя балтийские дюны.

Но главное — степной Донбасс сегодня разительно отличается от дореволюционного или довоенного. Достаточно приехать в Донецк или в любой другой классический город Донецкого каменноугольного бассейна, чтобы увидеть море зелени, многочисленные парки и скверы там, где не так давно властвовала степь, во что с трудом верится. Да, у Донбасса с его промышленностью были на это средства, но тем не менее ничего подобного на юге России, в Новороссии на Украине, на Дону просто нет.

И немного о грустном

Вряд ли кто-то удивится этим фактам: Украина, обретя свою декоративную независимость, не сделала ничего, чтобы защитить лесное наследство, доставшееся ей от Российской империи и СССР.

Катастрофическая вырубка леса в Карпатах и на Волыни, грозящая экологическими бедствиями, давно стала рутинной новостью в лентах агентств. Но и южным лесным хозяйствам досталось. Так, те же массивы Святогорского, Дробышевского, Краснолиманского и Ямпольского лесничеств Лиманщины, о которых мы рассказывали, едва ли не каждый год переживают сотни пожаров.

Помнится, когда в 1972 году в тех местах случился, как тогда говорили, «великий» пожар на двухстах гектарах леса, из Артемовска, где стояла танковая часть, пригнали с десяток бронированных машин для помощи в расчистке завалов и распашке земли в труднодоступных для тракторов местах. А в 1994 году национальные гвардейцы Украины, которых собирались сократить, подожгли лес, и пожар охватил в той или иной степени 2 тысячи гектаров.

Гарь стояла над Красным Лиманом и окрестными селами несколько недель. Никто не пошевелился. Кроме самоотверженных местных лесников, чуть ли не за свой счет принявшихся восстанавливать зеленый фонд.

Олег Измайлов

Михаил Хазин & Стив Дудник. Ответы на вопросы.

00:00 Может ли Италия войти в валютную зону Россию
03:38 Инструмент сохранения собственности
08:58 Семьи хозяева мировой игры
13:59 Зачем британцы устраивают провокации по всему миру
16:38 Мировой инфляционный коллапс
18:20 Кому отойдёт Канада и Австралия
20:52 Пандемическое соглашение
23:26 Будущее ООН
25:41 На кого работает ЮНЕСКО
28:54 Есть ли угроза для евреев
30:00 Климатическое оружие
32:24 Схема работы BlackRock и Vanguard
34:19 Объявит ли США дефолт
43:54 Почему у малых стран будут проблемы
46:42 Новая власть для Белоруссии
50:30 Почему США не свергают власть на Кубе

Других украинцев у меня для вас нет!

«Ответ» заместителя главного редактора украинского издания «Страна.ua» Светланы Крюковой на программную статью Владимира Путина вызвал беспрецедентно бурную реакцию среди пророссийской украинской общественности и активно вовлеченных в украинскую тематику россиян.



«Все грехи» вспомнили не только ей, но и её шефу Игорю Гужве, несмотря на его попытки отмежеваться от позиции своего зама, дескать, это её личное мнение, а у них в издании в этом свобода. Потоком шли призывы больше не читать «Страну», поставить её «в игнор» и, естественно, подозрения в заангажированности, заказном характере материала и т. п.

Появились и версии, что статьей Крюковой дан старт новому аффилированному с Банковой политическому проекту, призванному оттянуть часть антимайданного, антинационалистического электората. В общем, глубочайшее разочарование!

Сразу скажу, для меня личные мотивы Светланы Крюковой ― дело десятое. Куда логичней другой вопрос к её ярым критикам, призывающим ныне к полному остракизму «Страны»: а чего вы ждали? Что издание и его сотрудники в едином порыве поддержат тезисы лидера «страны-агрессора»? И сколько бы оно после этого просуществовало?

Между тем я считал и считаю «Страну.ua» наиболее сильным и объективным на сегодня украинским изданием, стоящим строго на антимайданных позициях и в силу этого вынужденному с немалыми усилиями бороться за свое существование. И это, да, включает и осторожность, и в определенных случаях компромиссы с властью, а также уловки и маневры, призванные отвести регулярные обвинения.

Для самых бескомпромиссных хочу напомнить, что и газета «Правда», основанная в мае 1912 года, выходила совершенно легально и в ней, конечно же, не было призывов «Долой самодержавие», а редакции приходилось выдерживать тяжелую борьбу с цензурой, порой избегая тем, которые муссировались буржуазными газетами, например, отношений Распутина с царской семьей, делая акцент на социальных вопросах, правах трудящихся.

Тем не менее газету неоднократно закрывали, но вскоре она выходила вновь под другим названием. В общем, «сочетание легальных и нелегальных методов работы» с целью максимального охвата аудитории, которого отнюдь не чурался (и правильно делал с практической точки зрения) Владимир Ленин.

Впрочем, не хочу, чтобы моя последняя фраза воспринималась как донос в СБУ, дескать, они «агенты Кремля» (там и без меня таких доброхотов хватает). Главное, «они существуют», причем в достаточно значительном количестве, ― люди, которые в той или иной степени разделяют высказанную Крюковой позицию.

Да, они против «бандеровщины» в самом широком понимании, но за независимую Украину, в которой бы соблюдались права человека, особенно гуманитарные, в вопросах языка, образования, у которой были бы нормальные, добрососедские и даже дружественные отношения с Россией, а не по принципу «сожгу свой дом, чтобы у соседа сарай задымился».

«Элитарии» того или иного уровня, конечно же, хотят «пануваты у своий сторонци» без контроля и руководящих указаний из Москвы, а самые широкие массы попросту уже привыкли за 30 лет воспринимать Украину как «свою страну». Конечно, тут и пропаганда постаралась, но напомню, что в предыдущем материале я отмечал, что советская власть 70 лет учила бывших малороссов воспринимать себя украинцами. А это в нужный момент и принятие независимого украинского государства значительно облегчило.

А ведь есть и совершенно объективные вещи: твоя жизнь зависит от того, кого изберут президентом Украины, а не России, любимый футбольный клуб играет в чемпионате не России, а Украины и его игроки под её флагом выступают в сборной и т. д. и т. п. И это не говоря о том, что примерно половина взрослых жителей Украины СССР, единое государство, в сознательном возрасте попросту не застала.

Аполитичность простого обывателя хорошо известна, но и у погруженных в той или иной степени в политику бывают самые разные, часто кажущиеся извне странными системы взглядов и убеждений: для кого-то, тоскующего по СССР, он как давно усопшая жена, с которой современную Россию он никак не ассоциирует, а ныне «живет» он с Украиной; многие действительно оказались не согласны, мягко говоря, с действиями России в 2014 году, а немало и таких, кто разочаровался в России из-за её, на их взгляд, недостаточно решительной позиции тогда же.

Ростислав Ищенко справедливо отметил, что «русская партия ни разу не проходила в украинский парламент (левые проходили, русские ― нет). Юго-Восток всегда предпочитал голосовать за «умеренных евроинтеграторов». Но что значит предпочитал? Он и голосовал за ту же Партию регионов, поскольку воспринимал её как пророссийскую за отсутствием по-настоящему таковых.

В современном мире сильные партии сами собой не возникают ― нужны мощные финансовые и информационные ресурсы. Откуда им было взяться у такой гипотетической партии (малоуспешные маргинальные проекты мы в расчет не берем)? Да и статья 110 (призывы к потере суверенитета Украины) не в 2014 году появилась и отнюдь не была мертвой.

Такую партию создать было возможно только при поддержке самой России, включая и привлечение на свою сторону определенной части элит. Но этого не было от слова «совсем». Вероятно, российское руководство не хотело таким образом отталкивать «здравомыслящую» часть местных элит, но вполне вероятно и наличие прямых договоренностей о том, что Россия не будет поддерживать унионистов, сторонников воссоздания единого государства на Украине, как и в других постсоветских государствах.

Бессмысленно уже дискутировать о том, насколько правильной была такая политика. Нужно строить нынешнюю, исходя из сложившихся реалий. Уважаемый Ростислав Ищенко считает, что «несмотря на все издержки (в том числе и для России), несмотря на огромное количество проблем (от гуманитарных до политических), связанных с таким вариантом, Украине надо дать пройти путь самостийности до конца. Ей не так много осталось. Народ вымирает и разбегается, поскольку жить в этой стране уже невозможно, а дальше будет только хуже. На каком-то этапе станет ясно даже местным оптимистам, что проект независимой Украины приказал долго жить и что для собственного спасения надо срочно искать покровителя.


Для большей части населения будет более естественно вспомнить о своей русскости, чем учить польский язык. И вот если они сами заявят, что они русские (а не “другой народ”), можно будет подумать о порядке, этапах и механизмах денацификации, деукраинизации и постепенной интеграции…


Любой иной вариант помощи и поддержки лишь затянет агонию (в худшем случае на десятилетия) и испортит жизнь ещё нескольким поколениям людей, которым не повезло родиться на данной территории. В данном случае гуманнее всего не оттягивать искусственно ужасный конец, чтобы ужас не продолжался без конца».

Но нет ли в таком подходе определенного сектантства, вплоть до эмигрантского снобизма по отношению к тем, кто по тем или иным причинам остался? Мол, Россия должна умыть руки. Но насколько оправданы надежды на то, что достаточно «лежать под пальмой» и ждать, пока созревший банан сам упадет, что прозреют?

Увы, примеров такого прозревания в истории я не припоминаю. Холодильнику крайне тяжело победить телевизор без помощи другого телевизора. А главное, где гарантия, что даже при победе холодильника они вспомнят о своей русскости, а не найдут очередной другой путь спасения. Ужас же действительно может продолжаться без конца, причем не только для обитателей Украины, но и для России, учитывая сложности, которые ей создает столь проблемное соседство.

«Альтернатива» уже писала: «Нынешние войны ― “гибридные”, в них основная битва идет за души и сердца людей, пропаганда становится главным оружием, отодвигая пушки и ракеты на второй план. Но в любой войне победа достигается захватом территории противника, а значит, в современных условиях ― ПРИВЛЕЧЕНИЕМ ЛЮДЕЙ НА СВОЮ СТОРОНУ: ТЕХ, КТО ПОКА НЕЙТРАЛЕН, И ТЕХ, КТО НЫНЕ ЯВЛЯЕТСЯ ТВОИМ ПРОТИВНИКОМ.


На ведение агитационных войн сейчас выделяются огромные средства, что их ведут и планируют все более изощренными методами мощные и весьма квалифицированные структуры».

Реакция на статью Крюковой только лишний раз подтвердила сказанное тогда: «Увы, многие из нас занимают позицию, которую я бы сравнил с дезертирством или по крайней мере с желанием найти “непыльное” место в тылу. Мол, не хочу с ними даже общаться, чтобы не портить настроение, со своей страницы в соцсети обязательно их нужно вычистить и даже потребовать от френдов-единомышленников делать то же самое…


Будем самокритичны, мы в основном варимся в собственном соку, объясняя это тем, что, дескать, “разговаривать с ними бесполезно”. Но, перефразируя известно кого, скажу: “Других сограждан у меня для вас нет”».

Поэтому тем, кто хочет, чтобы Россия вернулась на Украину, включая и саму российскую власть, которой совершенно не нужен «ужас без конца» в 600 км от Москвы, нужно разговаривать, убеждать, искать союзников и даже попутчиков, привлекать людей, а не отталкивать, в общем, вести нормальную политическую работу.

Такая работа должна иметь системный характер, подразумевать различные этапы, так сказать, «от экономических требований к политическим» (что-то потянуло меня на наследие вождя российской революции, но ведь в талантах «политика-практика» ему не откажешь).

И конечно, нельзя забывать, что есть ностальгический романтизм, а есть реальная политика, которая всегда искусство возможного и далеко не всегда получается вернуться в давно «утекшую» воду.

В одном из рассказов Артура Конан Дойла (читатели меня простят за то, что я не стал перелопачивать все наследие британского классика в поисках точной ссылки и цитаты) Холмс в разговоре с клиентом-американцем высказывает надежду, если не уверенность, что вызванный ошибками «одного короля и одного политика» раскол англосаксонской нации (т. е. независимость США) будет преодолен. Т. е. и спустя сто с лишним лет в Британии многие считали случившееся поправимым историческим недоразумением и сохраняли надежды на воссоединение и очевидно, что сам Конан Дойл их разделял, будучи при этом этническим ирландцем и католиком.

Но жизнь и история пошли своим путем: да, впоследствии между США и Великобританией оформился прочный геостратегический союз, основанный не только на общих интересах, но и, конечно, на языковой, культурной, экономической близости, но это разные государства, так же как и прочие бывшие «белые» колонии Великобритании (Канада, Австралия, Новая Зеландия), сохраняющие прочные связи и формальное единство с бывшей метрополией.

Не берусь гадать, какой вариант ближне- и дальнеперспективного развития ситуации на украинском направлении для Кремля наиболее желанен, является программой-максимумом. Но безусловно, прорабатываются различные сценарии, и на это, по сути, указывает и статья Владимира Путина.

Четко указана красная линия: вечно терпеть анти-Россию у своих границ РФ не будет, и так или иначе проблема в обозримой перспективе будет решена. Но именно что варианты могут быть разные, с учетом того, что в Кремле понимают произошедшие за последние сто лет ментальные изменения на Украине.

Президент России недвусмысленно дает понять украинским элитам (по крайней мере наиболее здравомыслящей их части) и западным лидерам, что на нынешнем этапе Москву вполне удовлетворит трансформация Украины в нейтральное и как минимум добрососедское по отношению к России государство. А дальше, конечно, РФ будет работать над усилением своего влияния на Украине максимально широким восстановлением разрушенных связей и развитием новых.

Насколько адресаты этого послания его воспримут и, если это произойдет, насколько успешными окажутся попытки «дебандеризации» современной Украины, к чему они могут привести в реальности ― это большая отдельная тема.

Очевидно другое, по какому бы сценарию ни стали развиваться последующие события, без сложной и деликатной работы с самими украинцами не обойтись. И сектантский подход ничего, кроме вреда, принести не может.

Дмитрий Славский

Симонов: мифы о российском газе и нефти, американский блеф и украинское энергетическое ноу-хау

Россия - страна бензоколонка? Чья экономика больше зависима от газа и нефти: США или Россия? На какие хитрости и сумасбродные ноу-хау идёт Киев, чтобы выжить без российского газа?

На эти и ряд других вопросов ответил эксперт в сфере энергетики, генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов.

Украинцы массово едут в Белоруссию платно прививаться «Спутником V»

В Белоруссию массово едут граждане Украины прививаться от коронавируса.

Они объясняют это тем, что кампания по вакцинации от COVID-19 на Украине оказалась провальной.



По данным белорусского телеканала ОНТ, за две недели в РБ с целью вакцинного туризма побывали более полутысячи иностранных граждан. Около 200 из них получили первый укол.

В Белоруссии прививают, причем платно, российской вакциной «Спутник V». Услугой уже воспользовались жители не только Украины, но также Литвы, Латвии, Эстонии и России.

Возможность вакцинироваться на территории страны гражданам 73 стран появилась в середине июля благодаря указу Александра Лукашенко. Президент определил порядок въезда для вакцинных туристов на срок до пяти суток.

Интервал между первой и второй прививкой у иностранцев может составлять от 21 до 90 дней. После окончания иммунизации белорусские медики выдают сертификат.

«Прививочный» безвиз будет действовать до конца следующего года.

Что касается самих белорусов, то помимо «Спутника V» они могут вакцинироваться препаратом «Синофарм», закупленным Минском у Китая. Первую дозу получили уже более миллиона граждан соседней страны. Из них более 920 тысяч прошли полный курс вакцинации.

https://t.me/rusvesnasu/10464


Источник: https://rusvesna.su/news/1627819406